Новости

» » » Заслуженный артист Беларуси Сергей Петкевич: нет, я не Гамлет, я другой...

Заслуженный артист Беларуси Сергей Петкевич: нет, я не Гамлет, я другой...

Его появление на сцене театра публика всегда встречает аплодисментами, в каком бы амплуа он ни был: изворотливым Хлестаковым, незадачливым  Франсуа Пиньоном, ленивым Обломовым, отцом всевозможных детей в комедиях и драмах, королем в сказках и, конечно, Дедом Морозом – раз в году, зато целый месяц.

 Ведущий мастер сцены Брестского академического театра драмы Сергей Петкевич недавно был удостоен заслуженного артиста Республики Беларусь.  25 октября 2021 года был подписан указ о присвоении ему почётного звания, а 27 января уже этого года прошло награждение во Дворце Республики.

 Так уж сложилось, что новость о присвоении звания пришла к нему, когда он был на больничном (коронавирус и в театр иногда наведывается). А награждение как раз совпало с периодом «не могу, у меня же ёлки!». Потому интервью с виновником события мы логично перенесли на февраль.

 «Если быть и тем, и этим, то надо быть актёром»

-- Сергей Лаврентьевич, откуда Вы родом?

-- Я из Минской области, городской посёлок Узда. Теперь это уже город. Место золотое. В советское время многие «письменники Беларуси» вышли именно из Узденского района.

-- В детстве, наверное, не думали, что станете актером?  Или все же мечтали?

-- Кем я только не мечтал быть! В детстве очень любил смотреть телевизор. Посмотрю фильм про пожарных и думаю: вот, стану пожарным, когда вырасту. Посмотрю про милицию – стану милиционером. А потом подрос и подумал, если я хочу быть и тем, и этим, то надо быть актёром.

 -- Или журналистом. Я по такому принципу стала журналистом...

-- Ну, это как раз для журналистов официальная версия. А по неофициальной, я с детства писал стихи, сценарии и хотел стать сценаристом. Я даже вырезал из газеты «Знамя Юности» заметку, где говорилось про набор на сценарный факультет. Решил, что закончу школу и приеду туда поступать. Приехал! А мне говорят, что не будет в этом году набора. И что же мне делать? «Так попробуйте пойти на актёра!» А я говорю: и попробую!

-- И сразу поступили? Без подготовки?

-- Ну почему без подготовки. Музыкальная подготовка у меня была – я ведь закончил музыкальную школу по классу тромбона... И вот когда я прошёл три тура, остался общеобразовательный экзамен – белорусский язык и литература. И я тогда заволновался. Засел за учебники и всё проштудировал. А когда пришёл на экзамен, так случилось, что моя экзаменационная книжка оказалась в стопке с теми, кто сдаёт русский язык и литературу. И я подумал, пойду-ка я на русский, если лёгкий билет окажется – сдам, а если нет, то скажу, что должен был сдавать белорусский, учил, верните меня туда. Хитрый такой молодой человек... И пока я тянул билет, читал его, смотрю, уже вся комиссия расписалась в книжке, осталось только оценку поставить. И всё, мне делать нечего – пошёл готовиться к сдаче. Как сейчас помню билет: образ Печёрина и приставки «при» и «пре». Пришлось вспомнить школьное сочинение, которое я писал по «Белле»... В общем, сдал. А потом, когда поступил, узнал, что мой однокурсник, который должен был сдавать русский и литературу, сдавал белорусский, хотя вообще его не учил. Просто перепутали наши экзаменационные книжки.

 Любовь до Бреста довела

-- А как Вы попали в Брест? По распределению?

-- Нет. Любовь меня привела.

-- Ух ты, любовь?

-- Да, Татьяна Нестерук. Она была актрисой Брестского театра драмы и заочно училась. К сожалению, в этом году будет пять лет, как она ушла. Но так сложились обстоятельства, ничего не поделаешь... Мы встретились в 1993 году, она заочница, я очник. Поженились в тот же год, в ноябре. И всё, я потом переехал в Брест.

-- Всё так быстро развивалось...

-- Да, мы познакомились на зимней сессии в 93-м году, на летней опять встретились, в августе мы приехали к ней в Брест – она позвала на свой День рождения, в сентябре я сделал ей предложение, в ноябре мы поженились.

-- Стремительный роман. А чем же все-таки она Вас привлекла? Там же столько девушек училось, и на очном...

-- Ой, как много девушек хороших у нас училось!.. Но вот чем-то зацепила она меня, даже не знаю чем. Мы были очень хорошими друзьями – дружеский контакт наладился с первой встречи. И как-то всё закрутилось, и я оказался в Бресте.

 «Фигаро здесь, Фигаро там»

-- Сергей Лаврентьевич, а первую свою роль помните в Брестском театре?

-- Первая роль -- это был Фигаро, в 95-м мы открывали после реконструкции новое здание театра этим спектаклем.  Помню 31 июля я должен был быть в Бресте, в театре на первой репетиции, а через полчаса – в Минске на вручении дипломов об окончании Академии (я поступал в институт, но закончил Академию). Я, конечно, приехал в Брест, меня представили труппе, и весь театр ушел в отпуск.

 -- После Фигаро у Вас было много ролей. Вы, вообще, их считали?

-- Лет 7 назад я уже сбился со счёта и попросил нашего завлита, чтобы она подняла архив и посчитала. Так вот, тогда уже было больше 50 ролей. И плюс ещё эти годы.

-- С возрастом, говорят, многие «закостевают», и из них трудно лепить новые роли. Но на Вас это не похоже...

-- Я стараюсь не поддаваться закостенению. Чем дольше ты держишь это состояние лепки, тем интереснее твоя актёрская жизнь, интереснее репертуар и тем интереснее за тобой наблюдать.

 -- Сегодня Вы ведущий артист сцены, играете во многих спектаклях...

-- Ну вот две премьеры готовятся, но как-то я в эти спектакли не попал.

-- Ой, не для прессы, по секрету, а что за премьеры?

-- Такие интересные названия: «Я танцую, как дебил» и «Заходит андроид в бар». Это, конечно, рабочее название, не знаю, останется или нет, но пьесы так называются.

-- Это комедии?

-- Ну, я бы так не сказал...

 -- Сейчас многие театры ставят комедии, чтобы народ на спектакли шёл...

-- И это правильно. Я говорил еще 300 тысяч лет тому назад, когда ещё в худсовете находился: ребята, нам нужны комедии. Нам нужно отравить зрителя комедиями, чтобы он ходил, плевался и говорил: «Господи, когда ж в вашем театре поставят что-нибудь серьёзное!» Серьёзные пьесы это, конечно, хорошо. И в театре был такой период, когда ставили исключительно серьёзные спектакли. Но это охват определённой публики. А на среднестатистического зрителя тоже выходить нужно – нужно и деньги зарабатывать, и публику привлекать. Чтобы человек пришел, отдохнул, расслабился после рабочего дня или рабочей недели. Нужны такие спектакли, и не обязательно комедии. У нас вот есть спектакль «С первым снегом!» -- его комедией не назовёшь и музыкальным спектаклем тоже. Там звучит живая музыка, и есть над чем подумать, и над чем посмеяться. При этом он не загружающий – он не заставляет зрителя вдумываться, мучится. Посмотрел и ушёл домой с хорошим настроением.

 -- Это, наверное, в 90-х ставили очень серьёзные спектакли? Время такое было – перестройка, гласность...

-- Да, это где-то был конец 90-х и начало 2000-х. Было много приглашённых режиссёров – это очень хороший опыт для труппы и для театра. Работать с другим режиссёром, у которого свой взгляд и принцип работы – это всегда интересно и плюс для профессии.

-- По-моему, последним приглашённым был Равинский, который поставил «Невольниц».

-- Да, давно никого не приглашали, потому что финансово не тянем.

 «Я всё время забываю, что мне уже не 23»

-- Сергей Лаврентьевич, а детские спектакли Вы любите?

-- Вообще да.

-- Но это особенная публика, к ней ещё нужно подход найти...

-- Это точно. Вот Денис Фёдоров у нас поставил «Дюймовочку», это сказка на новый манер, с таким интересным  видением. Я там играю Крота. И мне эта роль очень нравится.

-- Вы там ещё колесо делаете, дети в восторге.

-- Я же все время забываю, что мне уже не 23 и даже не 30. И когда мы ставили «Дюймовочку», там есть фонограмма, где Крот поёт: «Кручусь, как белка в колесе», я сказал девочке-хореографу: на этом месте я буду делать колесо. Она так удивленно переспросила: «Вы будете делать колесо?». Да, а что?..

Сейчас у нас премьерный спектакль «Похищение Джонни» -- дети реагируют замечательно. Он актёрски хорошо построен. Но тут другая беда – на сколько денег хватило, столько в декорации и вложили. Я считаю, что на детских спектаклях экономить нельзя. Они должны быть яркими, красивыми, зрелищными, а не финансироваться «по остаточному принципу».

Вот у нас несколько лет подряд были потрясающие по визуальному ряду новогодние сказки. Тогда  не пожалели средств на сценографию и костюмы, хотя, по большому счёту, «новогодники» идут только месяц.

 -- Но за этот месяц можно театру немного заработать – по два спектакля в день...

-- Да. А на этот новый год в театре возродили старый спектакль «По щучьему веленью», который ранее ставили лет 9 назад. В нём ещё  музыка Кондрасюка звучит и старые фонограммы. Так, короля поёт Олег Киргинцев (он сейчас в театре кукол), а играет в новой версии Миша Ильич. А в фонограмме Емели поёт Миша Ильич, а играют главного героя другие артисты: Иван Гизмонт или Женя Богомолов.

 -- На протяжении многих лет Вы являетесь незаменимым героем новогодних спектаклей. Сколько лет Вы Дед Мороз?

-- Уже и не помню. Года с 1997-го или 1998-го... Ещё молодым актёром начинал. Ну, нравится мне эта роль, что я могу еще сказать?..

-- Мне кажется, Вас даже гримировать особо не нужно – у Вас очень доброе лицо, обаятельная улыбка...

-- Ну да, дед Мороз – это моя роль.

 «Мне тяжело спрятать свою доброту»

-- У Вас вообще в репертуаре много положительных героев, а злодеев приходилось играть?

-- Ну конечно. Когда-то у нас был спектакль «В списках не значился» про Брестскую крепость, главного героя – лейтенанта -- играл покойный Витя Пискун (он умер в 33 года). И там лейтенант с девочкой одной в подвалах крепости нарвались на меня.

-- Вы фашиста играли?

-- Нет, я просто спрятался на складе с едой и думал, что пересижу войну, а там посмотрю, кому служить в зависимости от того, кто выиграет. Ну вот такой я был нехороший человек.

-- Ну всё равно это не злодей. Получается, злодеев Вы не играли.

-- Получается, так. Наверное, я очень добрый, и мне тяжело спрятать свою доброту в какой-нибудь роли. Потому из меня и плохой преподаватель, я очень добрый, а нужно, чтобы дисциплина была на занятиях. Это, наверное, моя беда.

-- Это как посмотреть: как отрицательное качество или как положительное. Получается, что это Ваша фишка.

-- Ну да.

 «Я такой живчик, а тут полный облом»

-- А какая Ваша самая сложная роль? Вы как-то говорили, что Вам трудно дался Обломов в одноименном спектакле Ильевского, потому что всё время приходилось лежать на диване.

-- Да, я очень подвижный, такой живчик, и мне трудно весь спектакль лежать. Кстати, очень живая роль и трудная была у меня в пьесе «Беспорядок класса люкс или Пляски с мертвецом», где я Пигдена играл. Вот там я летал, как фанера над Парижем, с пропеллером в одном месте. Я столько напичкал в эту роль, столько вставил, что можно было смотреть и смотреть. Помню, как мне дали почитать эту пьесу, я её ночью читал и просто хохотал. Танюша-жена говорит: дай поспать, я пошёл на кухню и до двух часов ночи читал, хохотал и придумывал, как буду играть. Такой благодатный материал... А вот Обломов – тут была другая беда...

 -- Ильевский решил укротить Ваш бурный нрав и уложить на диван...

-- Да. К тому же я по натуре --  не ведущий актер. Мне ещё в студенческие годы преподаватели говорили, что я актёр второго плана, мастер эпизода. Хотя, когда я ехал в Брест, я уже знал, что буду играть главную роль Фигаро. Но мне гораздо проще идти от ведущего актёра, помогать ему, а не самому вести спектакль -- это такая наша специфика. Но так сложилось, что не раз приходилось брать на себя ответственность и тянуть эту лямку. Раз уж замахнулся, значит, тяни.

И вот в Обломове меня поставили в жёсткие рамки. Никакой помощи артистам, никаких лишних движений. Дочка подарила мне фитнес-браслет, и я всё смотрел на репетициях: сколько за спектакль прохожу. В «Мещанской свадьбе» у меня 2 тысячи 400 шагов – спектакль идёт час тридцать. Обломов – три часа на сцене – 420 шагов. Даже в спектакле «Тихий шорох уходящих шагов», где у меня всего три эпизода – и то 1 тысяча 700 шагов. А в Обломове -- 420! Вы представляете, как меня «обрезали»?.. Полежал на диване, посидел на диване, тебя покрутили на диване, встал, переоделся, сел покушал и опять лежу... И конечно, очень тяжело было то, что я ничего не видел. Я лежал на диване, передо мной – зал, а всё действие происходило за спинкой дивана. Даже некоторые сцены были, когда я общался через зал с партнером, а не напрямую.

 -- Короче, полный облом.

-- Да, обломали меня по полной. И от этого такое двоякое ощущение спектакля: я в нём играю, но не чувствую полностью, потому что не вижу... А ведь я люблю смотреть сцены, даже когда не играю. Есть актёры, которые в перерыве между своими эпизодами уходят в гримёрку, посидят там и приходят снова к своей сцене. А я так не могу. Я всё время за кулисами, смотрю, как идёт сцена, другая, включаюсь в эту атмосферу... Вот, например, в спектакле «Олеся» я играю в массовке, вроде и ролью это не назовёшь. Но помимо основных героев главная роль – это народ. Он напьётся – быдло. Протрезвеет – нормальные люди. И нужно держаться общей канвы, не выбиваться из процесса. У меня там есть эпизод на заднем плане, где я с барабаном, дурачусь, как хочу. И если зрители замечают это, хохочут, что в принципе, и должно быть.

 «В театре кукол меня научили помощи»

-- Помимо актёрской службы в театре Вы также работали на телевидении, озвучивали документальные фильмы...

-- Да, для меня это был хороший опыт. А еще хороший опыт я получил в Театре кукол. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Там была поездка во Францию на фестиваль, но за месяц до неё умер один актёр, и мне предложили его заменить. Буквально за пару недель меня выштудировали, как работать с куклой-марионеткой, как вести себя на сцене, как помогать другим актёрам. 

 -- А потом ещё были работы в Театре кукол?

-- Да, мы сотрудничали с главным режиссёром театра Дмитрием Анатольевичем Нуянзиным. Я писал песенные тексты к спектаклям. У нас хороший спектакль вышел «Кот в сапогах». А потом они ставили «Али Бабу и 40 разбойников» и ведущий актёр попал в аварию, проблемы с ногой, и мне предложили главную роль Али Бабы. С этим спектаклем мы выступали на Международном фестивале «Белая Вежа». Мало того, что я был на нём ведущим и был занят в спектакле драмтеатра, так ещё и в кукольном играл. И там был такой душещипательный момент, когда на сцене один я и кукла Али Бабы – я отчитал монолог, и кукольники все встали и аплодировали стоя. Это была самая большая благодарность, оценка моего труда... А ещё в театре кукол меня научили, что такое помощь. Иногда у актёра на сцене не хватает рук, а у тебя образовалась паузочка, и ты тогда подхватываешь его куклу, а он в это время размахивает двумя руками. Вот это называется помощь. Или ты можешь вообще не играть в спектакле, но постоянно находиться на сцене и помогать. В театре кукол я это перенял и перетащил сюда.

Если на сцене что-то не так происходит, а обязательно помогу. Даже в «Обломове» я пошёл на «преступление», хотя и не должен был этого делать, просто сработал на автомате. Там есть сцена Обломова со Штольцем, которого играет Лёша Щербаков. И перед ней ребята должны были убрать часть мебели и оставить два стула, но они оставили только один. А у нас сцена построена, что мы сидим друг напротив друга на стульях. И пока идёт у нас с Лешей начальный разговор, я иду за кулису, беру стул, ставлю на сцену и дальше по сценарию. А потом спохватываюсь, что не должен был этого делать. Я должен был закричать: «Захар, принеси стул барину!» И это было бы правильно по роли. Но вылезло то, что вылезло.

 «В кино играл не так много, как хотелось бы»

-- Скажите, а в кино Вы тоже ведь играли. Это тоже, можно сказать, часть Вашей  профессиональной деятельности. Что запомнилось больше всего?

-- Играл, но не так много, как хотелось бы. Основная служба – в театре, спектакли, гастроли... Куда я там попал? «Высоцкий. Спасибо, что живой» -- эпизод в аэропорту, групповка, немножко текста у меня получилось. Мы с дочкой там играли, это был тяжелейший день – нас забрали с остановки в 8 часов утра, а попали мы домой только в 12 ночи.

Большая роль у меня получилась в сериале «Семейный детектив» на РТР, часть серий снимали в Минске. Я там играл подозреваемого в убийстве своего друга. А оказалось, что это моя жена с другим моим другом решила меня так подставить и любовную связь скрыть.

-- Как в лучших традициях бразильских сериалов...

-- Да-да. «Пистолет в машине» называется. Это четыре съемочных дня и большой кусок работы.

В «Экспроприаторе» тоже, там есть сцена в поезде, где мы были заняты с Евгением Викторовичем. Должны были играть российские актёры, но у них получилась накладка, и тогда нам предложили. Должны были быть два съёмочных дня, но мы так хорошо поработали, что уложились в один. Однако, заплатили нам, как за два, что очень приятно... Но, как оказалось, с языком у нас проблемки, и наши роли потом переозвучили. Да, хотя мы и говорим по-русски, но, наверное, какой-то акцент слышен. И нас с Женей переозвучили. Мне понравилось, как дублировали меня, но вот Женьку как – не понравилось. Голос этот ему не идёт.

И в каком-то казахском фильме я играл эпизодик – проводника поезда.

 «Зомби-дед» в веб-сериале

А недавно закончился ещё один проект. Он попал как раз на август 2021-го, на время отпуска. Это веб-сериал «Зомби-дед» специально для приложения ВКонтакте.

-- И кого Вы там сыграли?

-- Зомби-деда.

-- Это по типу «Андроид входит в бар»?..

-- Это гораздо симпатичнее. Несмотря на такую зомби-тематику там есть и смешные моменты, и серьёзные. 10 серий первый сезон, каждая по 6-7 минут – это, считай, целый полнометражный фильм, а сняли его за неделю. Фишка сериала в том, что снимался он вертикально – как будто на мобильный телефон.

Несмотря на зомби-тему, основная мысль заложена серьёзная – уважительное отношение к старикам, терпимость к их болячкам.

Начинается всё очень жёстко. Дед пока нормальный, но у него проблемы в отношениях с внуком. А затем его кусает зомби, и внук начинает переосмысливать многое. Дед живёт в городе, но после укуса, внук перевозит его за город, на дачу, чтобы никто не видел старика. И там начинается вся эта катавасия.

Мне очень понравилось работать в этом проекте. Это был жёсткий период съёмок. Мы вставали в 9 утра, в 10 начинали работать и до двух часов ночи.

 -- Хорошо, что съёмки пришлись на отпуск, а так бы не получилось...

-- Ну да. И при этом никто из команды не ныл о 8-часовом рабочем дне. Все понимали, что нам нужно всё сделать быстро.

Не хочу  рассказывать подробности, н там были такие кадры, что мы сами обхохатывались.

Они все нормальные люди, а я зомби – постоянно в гриме. Склеры эти серые, линзы, которые вставляли мне в глаза – ох, я с ними и намучился. С правым глазом постоянно были проблемы. А в один день так классно вставили линзы, что я даже про них забыл, а потом подумал, что потерял. Режиссёр напомнил в обед: «Снимите их на время, чтобы глаза отдохнули», а я говорю: нет, пусть будут сегодня, чтоб не спугнуть.

Я в гриме такой размалёванный: руками трогать ничего нельзя, потому что там что-то рассыплется, расползётся. А я актер потеющий, потому постоянно подгонял: давайте снимать, давайте снимать, а то грим сползает... А в одной серии я вылез мокрый из воды, а потом грелся у костра. И опять подгонял: давайте снимать, у меня грим подсох, сейчас отвалится. Меня опять обливали. А это все-таки конец августа, уже не жарко.

Премьера веб-сериала ВКонтакте планировалась в ноябре, но из-за технических вопросов переносится на март-апрель.

 «В свободное время я Обломов»

-- Внуков нет ещё?

-- Нет, девочки меня берегут.

-- А из девочек кто-то пошёл по стопам отца?

 -- Нет. Полина, ей 21 год, закончила музыкальный колледж по классу фортепиано, но творческая деятельность у неё не сложилась из-за проблем с рукой. Потому она пошла работать, как сказала, чтобы не сидеть у отца на шее. А вторая дочь, Мария, Машенька, замужем. Она преподаватель физики и информатики в школе.

-- Ого, точные науки...

-- Так у меня в школе тоже по математике и физике пятёрки были, а вот по русскому языку и литературе – проблемы. Я на контрольных по математике всегда успевал решать два варианта, «за себя и за того парня». Плюс два дополнительных задания, плюс ещё одно задание – специально для меня. И успевал половине класса рассылать шпаргалки. Наш директор мне говорил: «Да не пиши ты за них, а то неудобно получается: оценки в журнале – 3,2,3, а   по контрольным – пятёрки. Ну как такое может быть?» Директор хотел меня в БГУ на математический отправить, но я сказал: нет, пойду в театральный.

 -- Свободное время есть у вас всё-таки, чем любите заниматься?

-- Ой, в свободное время я Обломов. В отпуске я приезжаю домой в Узду и говорю: «Мама, первые два дня меня не трогать, я буду лежать и отсыпаться».

-- Закон сохранения энергии: сколько отдаешь, столько нужно накопить...

-- Это да. Я могу валяться на диване, включить телевизор и что-то смотреть, спать под него... Переключение необходимо, потому что постоянно находиться в такой собранности эмоционально очень тяжело... Я даже могу настолько уйти в свои мысли, что пройду мимо знакомого человека и не поздороваюсь. Может, кто думает: вот зазнался! Но это просто из-за работы... А один раз, когда ещё напротив театра был пешеходный переход, я чуть было не попал под машину. Шёл на автомате, не глянув на дорогу.

-- О, теперь понятно, почему этот пешеходный переход убрали, -- шучу я.

 «Стихи мне просто портят нервы»

-- Слышала, что Вы и стихи к песням писали...

-- Да, с Василием Кондрасюком мы написали много песен. Помню, как перед одним новым годом он говорит: «Сережа, напиши стихи. Есть хорошая музыка, ну пропадёт же, жалко». И я тогда написал «Песенку Бабы-Яги». Там такие строчки (поёт – прим.авт.):

А теперь я на пенсии,

Веселю себя песнями

И скучаю без работы

С воскресенья до субботы.

И ащё написали мы с Кондрасюком песню «Новый год». В один год все звезды белорусской эстрады пели её. И потом под эту музыку пару лет вся страна встречала новый год.

 -- Стихи продолжаете писать?

­-- Стихи мне просто портят нервы,

Точнее я бы не сказал.

Отсечь бы руки тем, кто первый

К чему-то рифму подобрал.

-- У Вас с юмором и стихи, и проза...

-- Да, я люблю посмеяться. И больше всего люблю, когда люди смеются.

 Мечты, мечты...

-- Я понимаю, что актёры на пенсию не уходят, но вдруг у Вас есть какая-нибудь «пенсионная мечта»?

-- Если говорить о пенсионной мечте, я надеюсь, у меня к тому времени что-то родится. Вот наш покойный  актёр Виктор Иванович Михайлов так говорил: «Я хочу получить Заслуженного артиста Республики Беларусь. Я уйду на пенсию и устроюсь работать банщиком. И у меня будет табличка: вас обслуживает Заслуженный артист Республики Беларусь и так далее»... Надо и мне что-нибудь такое придумать на пенсии. Тем более, что я уже Заслуженный, половина дела уже сделана. Может, устроюсь водителем троллейбуса и буду говорить перед каждой поездкой: вас обслуживает Заслуженный артист Республики Беларусь Сергей Петкевич... А если серьёзно, я уже внуков жду. Хочется переключиться на семейные ценности. Я где-то жалею, что раньше у меня мало времени было для семьи – много занимала работа. Супруга Татьяна это понимала, и когда я приходил и падал на диван, она говорила: «Так, девчонки, тихо, папа отдыхает». А они у меня хохотушки такие! До сих пор, как встретятся, так голоса на всю квартиру.

 -- А в театре кого хотели бы сыграть? Вот все говорят, что хотят сыграть Гамлета...

-- Нет, Гамлета никогда не хотел сыграть, потому что я не Гамлет по натуре. Я бы хотел сыграть Сирано Де Бержерака. Мне он гораздо ближе по моему настроению и мироощущению.

Наташа ПАРМОН (фото автора)

 Среди сыгранных спектаклей: «Женитьба Фигаро» (Фигаро), «Месяц в деревне» (Беляев), «Купала» (князь Вітаўт), «Французские страсти на подмосковной даче» (Жан), «Карнаваль – што за дзіўная назва» (Трыстан), «Саламея Русецкая» (Адоніс), «Ревизия» (Хлестаков), «Клоп» (Присыпкин), «Портной» (Обносок), «В объятьях Мельпомены» (Журден), «Бешеные деньги» (Васильков), «Беспорядок класса «Люкс», или Пляски с мертвецом» (Джордж Пигден), «Дядя Ваня» (Астров), «Мост» (Маслакоў), «Филумена Мартурано» (Микеле), «Затюканный апостол» (Папа), «Бременские музыканты» (Король), «Дон Жуан» (Дон Жуан), «Билокси» (сержант Туми), «Смешные деньги» (Генри), "Оборванная нить" (Васков), "Три сестры" (Андрей), "В списках не значился" (Федорчук), «Крошка» (Фонтанж), «Преступление и наказание» (Дворник),   "Слуга двух господ" (Панталоне), "Играем в дружную семью, или Гарнир по-французски" (Бернар), «Прымакі» (Максім Кутас), "Очень простая история" (Сосед), "На дне" (Актер), "Гроза" (Кулигин), "Игра любви и случая" (Господин Оргон), "Рони и Бирк" (Борка),  "Коварство и любовь" (Камердинер), «Жених на двоих» (Степан Дранко), «Волшебство под Новый год» (Дед Мороз), "Молодая семья снимет квартиру" (Отец Алеши), «Волшебная сила» (Дед Мороз), «Печальный король» (Король), «Сказка среди бела дня» (Часовщик, Дед Мороз).

 За роль Хлестакова в спектакле Андрея Бакирова “Ревизия” по пьесе Н.В. Гоголя был удостоен диплома за лучшую мужскую роль на  Международном театральном фестивале “Белая вежа – 2002”.

В 2000г. на Международном театральном фестивале “Белая вежа” был удостоен диплома “Любимец публики”. 

В 2014г. за многолетнюю плодотворную работу и личный вклад в развитие искусства награжден медалью Франциска СКОРИНЫ. 

 Сейчас в его репертуаре: «Дзяды» (Сэнатар), «Старший сын» (Сарафанов), «Невольницы» (Мирон), «Дюймовочка» (Крот), «Театр одного зрителя» (Зритель), «Дорогое сокровище» (Франсуа Пиньон), «Мещанская свадьба» (Отец), «Обломoff.ru» (Обломов), «Тихий шорох уходящих шагов» (Дмитрич), «Олеся» (Полешук), «Похищение Джонни» (Билл).

 

 

 

 

 

 


+4
 

Это тоже интересно

Пограничники изъяли 1700 запчастей для станков на границе с Беларусью

Пограничники изъяли 1700 запчастей для станков на границе с Беларусью

Точная стоимость товара будет определена после привлечения профессионального эксперта. …