Новости

» » » «Белая Вежа 2019»: карабахская война глазами 12-летней Нарине Григорян

«Белая Вежа 2019»: карабахская война глазами 12-летней Нарине Григорян

Моно-спектакль «Моя семья в моём чемодане» Ереванского Государственного театра кукол им. Ованеса Туманяна (Армения) в Бресте на МТФ «Белая Вежа» ждали с нетерпением.

Смотрите также: 

«Белая Вежа 2019»: дневник Анны Франк в постановке Тюменского драмтеатра

XXIV Международный театральный фестиваль "Белая вежа" открылся в Бресте

 За 2 года спектакль объехал многие страны (Германию, Россию, Литву и др.) и везде производил фурор. В нём актриса Нарине Григорян (Заслуженная артистка Армении, между прочим) рассказывает о своём детстве: как 12 летней любознательной девочкой она увидела Карабахскую войну.

Как отец, работая на стройке в соседнем селе, попал в плен к азербайджанцам. Как семья с тремя детьми вынуждена была бежать из Нагорного Карабаха, бросив дом и нажитое. Как беженцами ютились в квартире неотапливаемого дома на 9 этаже. Как спали на полу вокруг горячей печки, укутавшись во всё, что было. Как пропустив 6 месяцев школы, девочке пришлось не только навёрстывать учёбу, но и налаживать отношения в классе. Как…

 Впрочем, это не передать словами. Это надо было видеть: как 39-летняя актриса играет 12 летнюю девочку. Нет, не так. Не играет, а вновь и вновь проживает то время, вспоминая самые яркие события детства.

 -- После войны мы 10 лет вообще не говорили о войне, вообще, -- мы беседуем с Нарине после спектакля в гримёрке. -- Я даже не знала многих событий, потому что в силу возраста -- 12 лет -- воспринимала всё по-детски. И по своим детским воспоминаниям я думала, что в то время было так весело! Папа, вернувшись из плена, задавал нам разные задачки, рассказывал анекдоты. Сейчас я понимаю, что всё это он делал, чтобы отвлечь нас, детей, от войны, от страха, чтобы защитить наше детство. Только когда мне было около 30 лет, папа рассказал, что же происходило там на самом деле... Говорят, что после Второй мировой войны люди тоже 10 лет молчали, неохотно вспоминали страшные события. Это такой стресс, который надо пережить, а для этого нужно время.

-- Нарине, как родилась идея поставить моно-спектакль «Моя семья в моём чемодане»?

-- Мне казалось, я вообще ничего не помню про ту войну. Но Марианна Ананашева -- директор фестиваля «Армона» -- предложила: давай сделаем вот такой спектакль. И я стала вспоминать детально то время, и вдруг в памяти всё раскрылось.

 -- Вы говорите, что сама пьеса не написана -- вы просто рассказываете свои детские воспоминания?

-- Да. Мы работали по тексту вместе с Сарой Налбандзян, чтобы сделать его литературным. Но мне хотелось, чтобы спектакль оставался документальным, и каждый раз текст звучит по-новому потому что он не заученный -- это просто мои воспоминания.

-- То есть, каждый раз вы играете спектакль по-новому?

-- Да, да, да. Я что-то рассказываю, что-то нет. Так как этот спектакль я уже много играю, мне хотелось, чтобы текст оставался живым, порой неправильным даже. Он идёт на русском языке, но я не хотела, чтобы русский был чистым -- то есть как я воспринимала его в детстве, как понимала и знала, я хотела чтобы он был таким. Потому в нём есть такие детские ошибки, неправильные окончания, армянская речь.

 -- Получается, вы в спектакле не только актриса, но и сценарист, и режиссёр. И вы используете в постановке документальные кадры, где ваш отец рассказывает про время, проведённое в плену…

-- Да, это запись, которую сделала французский режиссёр. Спустя где-то 15 лет после конфликта к нам приехала женщина -- французский режиссёр -- снимать документальный фильм об аэропорте. У нас построили большой современный аэропорт, который был открыт, туда люди ходили на работу, но он не принимал и не выпускал самолёты -- из-за угроз их сбить с азербайджанской стороны. Когда мы её подвозили на машине, разговорились, и она попросила рассказать папу о том, что с ним произошло, на камеру.

 -- Нарине, в спектакле вы говорили, что мечтали стать актрисой. Как это произошло? Да, и балетом вы тоже занимались…

-- Балетом я занималась только в детстве, до войны. А вообще я была математиком. Потому что в нашей семье -- все инженеры. И мы постоянно решали всякие задачи -- в спектакле я рассказываю самые лёгкие. Но в конце 10 класса я заявила семье, что не буду математиком, а хочу стать актрисой. Мне говорят: хотя бы режиссёром… Так я и пошла за своей мечтой.  Когда мы приехали в Армению, я стала заниматься в театральном кружке, после пошла в театральный институт.

 -- Нарине, у вас есть семья? И пятеро детей -- о которых вы мечтали в 12 лет?

-- Нет, одна дочка (смеётся Наринэ -- прим. авт.) Ева.

-- Она тоже мечтает стать актрисой?

-- Не знаю. Она просто маленькая -- ей всего 5 лет, потому каждый день она придумывает что-то новое.

 Нарине Григорян друзья называют «перпетум мобиль» -- вечный двигатель. Она успевает всегда и везде и всех заряжает своим оптимизмом и неуёмной энергией. Нарине играет в спектаклях, снимается в кино.

К слову, фильм «Ева» иранского режиссёра Анаит Абади с её участием был выдвинут от Армении на «Оскар-2018» в категории «Лучший фильм на иностранном языке». А на XXVII кинофестивале «Киношок» за роль в нём она получила приз за лучшую женскую роль.

 А в конце прошлого года Нарине назначена художественным руководителем театра «Амазгаин» имени Соса Саркисяна. Актрису на эту должность выдвинул актёрский состав.

Но будучи худруком она не собирается расставаться с актёрской карьерой. Впереди у Нарине -- гастроли с моно-спектаклем «Моя семья в моём чемодане» в Бельгии и Франции. А также работа с режиссёром фильма «Ева» Анаит Абади над новой картиной -- на основе второй книги «Гнездо жаворонка».

 Что ж, удачи вам, Нарине! Брест вас не забудет!

Распаковывала чемодан воспоминаний вместе с Нарине ГРИГОРЯН Наташа ПАРМОН (фото и видео автора)

 

 

 

 


+1
 

Это тоже интересно

От 6 до 9 лет. Суд огласил приговор сержантам по делу Коржича

От 6 до 9 лет. Суд огласил приговор сержантам по делу Коржича

Минский областной суд признал сержантов виновными в доведении до самоубийства рядового Александра Коржича и приговорил Евгения Барановского к 9 годам лишения свободы с конфискацией имущества, Антона Вяжевича — к 7 годам, Егора Скуратовича — к 6 годам лишения свободы. …